Параноидальное расстройство

224

11:00, Пятница, Сергей Витальевич.

Без десяти одиннадцать я решил выпить чашечку кофе. Мне нравится этот напиток. Тем более, в эти десять минут в конце каждого часа, являющиеся перерывами между сеансами. В эти мгновения его аромат и вкус становятся подобны островкам моего личного пространства в океане других жизней, очень важного для меня. По пути в кафе, которое находится на том же этаже, что и мой кабинет, я увидел человека, сидящего на диванчике в коридоре. Он сидел, рассматривая картину напротив, и, как только я поравнялся с ним, он отвел глаза в сторону, как это делают обычно дети, когда хотят показать свою обиду на вас. Я догадался, что ждет он меня.

Я выпил свой кофе, вернулся в кабинет и открыл дверь. Было ровно 11:00. Человек, которого я видел в коридоре уже сидел в приёмной.

— Сергей Витальевич? — спросил я.

— Да. — ответил он, и продолжил — я, уж было думал, что вы обо мне забыли.

Я улыбнулся и жестом пригласил его войти. Он достаточно уверенно и быстро проследовал в кабинет, сел в кресло, при этом поставив свою сумку таким образом, что она оказалась прижатой его ногами к креслу, в котором он сидел. Создавалось ощущение, что он очень переживает за её содержимое. Пальто он сложил в двое и положил к себе на колени. Он производил впечатление достаточно обеспеченного человека: хороший костюм, индивидуально пошитая рубашка, часы, начищенные до блеска туфли и т.д. Я предложил ему повесить верхнюю одежду на вешалку, однако он категорически отказался. Сев в своё кресло напротив, я поздоровался с ним, и спросил что его привело. Он смотрел в пол перед собой, прижав к груди свои вещи и молчал. Было видно, что он борется с решением начать говорить. Эта пауза продлилась примерно пол минуты, после чего, слегка заикаясь, он начал.

— Знаете, я слышал что вы хороший специалист, я провел небольшое расследо…, извините, исследование. Мне нужен человек, психоаналитик, которому можно доверять. Которому я могу доверять. Вам можно доверять? — сказал он и, оторвав свой взгляд от пола, прищурившись, начал пристально смотреть мне в глаза, застыв на какое то мгновение.

— Конфиденциальность, это один из основных принципов терапии. — сказал я.

— Я это слышал уже, и читал в ваших статьях. — раздраженно прокомментировал он Но скажите мне прямо — я могу вам доверять?

Я хотел было ответить вопросом о том, что для него значит доверие ко мне и почему для него это так важно. Однако, решил, все таки ответить на его вопрос.

— Да, вы можете мне доверять.

— Хорошо. — сказал он и положил свое пальто на подлокотник кресла, тем самым освободив руки. Откинувшись на спинку кресла и приняв более расслабленный вид, он продолжил.

— Вчера утром, перед тем как я вам позвонил, кое что случилось. Я подозревал об этом и раньше, но вчера утром я нашел доказательства. Я видел, что они хотели сделать, и они начали делать это…

Его речь приобрела сбивчиво-взбудораженный характер. Жесты стали резки. Сергей Витальевич, то и дело начинал говорить тише, придвигаясь ко мне. В глазах читались то испуг, то злость. В речи не было никакой конкретики. Он постоянно перепрыгивал с одной темы на другую, не оканчивая предыдущую, вплетая в свою речь заговоры, телевизор, жену, врачей из городской больницы и интернет. Так он говорил около полу часа, после чего, неожиданно запнувшись, вдруг замолчал. Он испуганно посмотрел мне  в глаза и сказал: — если это не прекратится, я все потеряю.

— Что вы боитесь потерять? — спросил я.

— Всё. То, о чём я только что вам говорил.

Создавалось чувство, что потерять он боится то, что его преследует и мешает ему. Но я решил оставить эту тему на потом, и попросил рассказать его о себе, о своей жизни. Его рассказ стал более последовательным. Он рассказал о том, сколько ему лет, где он родился, чему учился, чем интересовался. Рассказал о том, что женат сейчас в третий раз. У него есть дети от разных браков. Так же говорил, с некоторым заметным напряжением и скрытностью, о своей работе, не уточняя чем именно он занимается и называя её просто «контора». Его повествование было достаточно поверхностным, как будто он читал анкету: — родился, вырос, поступил, женился и т.д. Интересно то, что в его речи достаточно часто проскакивала фраза — «осведомлён, значит — вооружён». Любая тема, которой он касался, в описании своём содержала эту фразу. И только когда, после моей просьбы рассказать об отце, в месте, в которое, обычно он вплетал эту фразу, он снова замолчал.

Наше время подошло к концу и я предложил встретиться снова, в следующую пятницу, в это же время.

— Конечно же. Спасибо Вам огромное Виктор Алексеевич. — сказал он, глядя мне в глаза.

Он улыбнулся, одел своё пальто, с осторожностью взял свою сумку и вышел из кабинета. Я задумался о том, как же уникален каждый случай, каждый человек, каждая жизнь, и сколько еще работы нам предстоит с ним в Психоанализе. После чего записал в своё расписание наш следующий сеанс, вышел из кабинета и пошёл в кафе, насладиться чашечкой кофе перед следующим сеансом.

….продолжение следует…

Добавить комментарий