Параноидальное расстройство продолжение

radioactive-control-4
Сергей Витальевич

Пятница, 11:00

10: 48

Как обычно, в перерывах между сеансами, я направился в кафе, уже предвкушая вкус ароматного кофе. В коридоре, как и в прошлую пятницу, сидя на диванчике ожидал Сергей Витальевич. Мы встретились глазами, я улыбнулся ему и кивнул головой  в знак приветствия, он ответил мне сдержанным и быстрым жестом, после чего повернулся, как и раньше, всматриваясь в картину напротив. Его приветствие и поведение мне напомнило моменты из фильмов про шпионов, в которых герои стараются как можно незаметнее подать друг другу знак приветствия, что бы со стороны казалось, будто они не знакомы и взгляды их встретились совершенно случайно.

Я вошел в кафе. Заваренный кофе уже стоял на стойке. Дымок, поднимающийся от чашки, выглядел так живописно, хоть рекламу снимай, при этом заполнив все пространство нашего небольшого кафе  невообразимо приятным и теплым запахом. Бармен Олег — настоящий волшебник. Работая в нашем институте и не имея психоаналитического образования, он обладает тонким даром, порой, с необычайной легкостью воскрешать в памяти какие то глубинные переживания, погружая восприятие окружающего мира в совершенно иное, сказочное пространство. Иногда, бывает, готовит он пирожки-слойки, так они так пахнут, что буквально сводят с ума всех, кто находится в радиусе распространения аромата. Прям как в детстве в гостях у бабушки. Так и сегодня, зная, что без десяти одиннадцать я зайду в кафе, он приготовил самый лучший в мире кофе и положил на блюдце рядом с ним слойку с ежевикой. Волшебник, другое слово вряд ли хоть приблизительно сможет описать его роль в жизни нашего Психоаналитического Центра.

10:58

Когда я вошел в приемную, Сергей Витальевич, можно сказать уже традиционно, ждал возле моего кабинета. Открыв дверь я пригласил его войти. Быстро войдя и закрыв дверь на два поворота ключа, словно скрываясь от кого то, он сел в кресло, положив свое пальто на кушетку, рядом. Предложение воспользоваться вешалкой он, как и в прошлый раз, отклонил. Я сел напротив и улыбнувшись, спросил.

— Как прошла ваша неделя?

Он закрыл лицо руками, оперев локти о колени, и находился в этом положении секунд десять. Потом, переместив ладони на лоб, тем самым подпирая его и превратив, до этого момента аккуратную прическу, в копну седых растрепанных волос, пристально уставился в пол перед собой.

— Я не веду дневников и записей, что бы их никто не мог прочитать….

Казалось что он ведет внутренний монолог, озвучивая лишь произвольно выбранные предложения… Он замолчал, не поднимая взгляда.

— Кто может прочесть ваши записи? — спросил я.

— Да кто угодно! — достаточно громко сказал он, словно собираясь кричать, но резко осекшись, почти шепотом, повторил — кто угодно. Однажды, в 1989, зимой, я было приболел и по этому мне пришлось обратиться к врачу.  Я  слежу за своим здоровьем и никогда не болею. Ведь здоровье, знаете ли, не купишь. Я это знаю, в отличие от всех вокруг, а осведомлен — значит вооружен. И вот этот доктор выписал мне рецепт на какие то таблетки. У него были такие подозрительные глаза, бегали как у крысы, он хотел их было спрятать за очки, но от меня ничего не скроешь. Я его насквозь видел. Явно он там под прикрытием был. Такой себе доктор, а на самом деле в конторе небось работает. Информацию собирает. В общем, я рецепт этот в карман положил, что бы сравнить почерк потом. Я ж не пью таблеток. Это ж химия. Она контролирует всех вокруг. Все вокруг зависят от химии, а я нет. Потому что, сколько себя помню, таблеток не пью. Я знаю всё про неё, а осведомлён — значит вооружен…

В этом моменте он как то воодушевился, лицо посветлело, он выпрямился, речь стала громче и уверенней. Он продолжал:

— Дома, потом, я положил рецепт в газету, которую читал тогда, это была «Правда», хотя какая там правда, одно враньё. Это всё одна система: газеты, таблетки, врачи и прочая нечисть вокруг. Хотят подобраться ко мне. Но я умнее, я всё про них знаю. Я знал и то, что жена моя, первая, с ними. Уж больно она хитрая была. А когда жаренным запахло, сбежала, так что и след простыл. Заметать следы они конечно умеют. Вы хотите услышать как я это узнал. — сказал Сергей Витальевич скорее утвердительно, нежели вопросительно. И не дожидаясь ответа, продолжал —  Я положил эту газету возле лампы на столе, сложил её вдвое и сверху положил ручку, колпачком к окну. Я всегда помню что, как и где находится. У меня прекрасная память…..

Дальше он рассказал о том, как понял, что жена его работает на контору, как она выкрала, когда его не было дома, образцы почерков и вырезки газетных сообщений, и когда он «начал процесс по выводу её на чистую воду», сбежала. Что после бегства жены он сжег все вырезки и образцы почерков, потому что понял, что теперь вся информация, которая была у него, теперь была у конторы, и ему нужно быть осмотрительнее.

— Теперь всё в только мне одному доступном месте. — сказал Сергей Витальевич, и, как то хитро прищурившись, указал себе на голову. У меня сложилось впечатление, что он говорит мне: — «И вы сюда не доберетесь.»

Время сегодняшнего сеанса подошло к концу. Мы назначили следующую встречу на пятницу, 11:00 и договорились во время неё обсудить вопрос оплаты. Когда Сергей Витальевич ушел и я подготавливал кабинет для следующего сеанса, в кресле я обнаружил аккуратно сложенную вдвое купюру в сто долларов. Выйдя в коридор, Сергея Витальевича я уже не обнаружил, а когда перезвонил ему и сообщил, что он, вероятно потерял или забыл в кабинете эти деньги, он очень активно начал это отрицать, словно смущаясь. Тогда я предложил поговорить об этом на следующей сессии. Он согласился. Я положил трубку.

Я видел как разворачивается картина его паранойи. Однако, для проведения диагностики, как я посчитал, необходимо больше встреч. Бесспорно, за этих два сеанса, появилось достаточно материала для работы. И мне ясно видна была пограничная структура его личности, но, было что то ещё… Что то не давало мне покоя, казалось, будто, все это  хорошо спланированная мишура, какой то спектакль. Но для какой цели? Поймав себя на этих мыслях и посчитав, что это контр перенос, тем самым еще больше я утвердился в параноидальном расстройстве личности Сергея Витальевича. Но…..

Я вышел из кабинета и, как обычно, в перерывах между сессиями отправился к волшебнику Олегу, в кафе, за чашечкой лучшего в мире кофе.

….продолжение следует….

Добавить комментарий